Торопец
Мы небольшими группами шли от села к селу в поисках неизвестных памятников архитектуры Калининской области. Часто нам сопутствовала удача, и мы радовались, обнаружив еще одну интересную церковь или усадьбу. Иногда же... Иногда начиналась полоса невезения. Неделями лил дождь, не было транспорта, а когда с трудом добирались до намеченного пункта, оказывалось — памятник почти полностью разрушен или малоинтересный и сильно перестроен. Добирались по-всякому. Рассказывая, мы шутили, что освоили все виды транспорта, и решили лучший — собственные ноги, особенно во время распутиц. Обследовать приходилось все — даже поздние постройки. Это, может, покажется странным, но нам хотелось, чтобы после нас не тратили времени на поиски несуществующих шедевров и доверяли нашим сведениям.
Что мы знали о памятниках архитектуры Калининской области, когда начинали ее обследовать? Книг и путеводителей об этом крае издано ничтожно мало. Практически пришлось начинать все сначала. Просмотрели архивы, карты, все, что когда-либо было написано по истории области. Составили большой список сел, где когда-либо были церкви и часовни, монастыри и усадьбы. Извлеченные из источников даты построения культовых сооружений во многих случаях сразу же вызывали сомнения. Некоторые относились чуть ли не к периоду принятия христианства, а когда строились и перестраивались усадьбы, вообще оставалось неясным.
Много неожиданного открывалось во время путешествий. Часто приходилось удивляться, почему были забыты те или иные памятники. В области помимо монастырей и отдельных усадебных комплексов были здания, связанные с именами Кваренги, Старова, Львова. Существовали местные архитектурные школы.
И все это было обойдено вниманием исследователей, хотя многие сооружения могли бы занять достойное место среди памятников архитектуры XVII—XIX столетий. Одни могли бы поспорить с лучшими столичными образцами, другие, более скромные, — прекрасный пример развития русского зодчества вдали от Москвы и Петербурга. Когда приходится изучать постройки столицы, то испытываешь знакомое чувство, возникающее от общения с хорошим произведением искусства. Произведения же местных строительных артелей всегда неожиданны, всегда самобытны. Отставая на двадцать пять, а то и на все сто лет от центров культуры, они поражают не столько консерва тивностью своих форм, сколько извечно присущей народному искусству любовью к нарядной декоративности, столь ярко расцветшей в XVII веке. Народные мастера «каменосечцы» со временем забудут о прежнем «дивном узорочье», позаимствуют из столицы прихотливые формы барокко, а вслед за ними и строгие классические правила, полюбят и освоят их. Но руки мастера в оформлении «фасады» постоянно будут изобретать свое, подчас вопреки «высочайше апробованным и утвержденным проектам».
В литературе можно встретить такие определения этих памятников, как провинциальные, наивные, примитивные. Почти так же литература XVIII—XIX веков называла собор Василия Блаженного магометанским, татарским, варварским. Не настала ли пора нам пересмотреть свое отношение к ним? Никому же не придет в голову обвинять в наивности и примитивности хохломские и палехские росписи, косовскую керамику и холмогорскую резьбу по кости, северодвинские прялки и украинскую вышивку. Эти вещи называют народным искусством, скрупулезно прослеживают их глубинные истоки. А не с подобным ли явлением мы сталкиваемся в архитектуре, зачастую не дав себе труда разобраться в нем?
В эту книгу включена лишь малая часть виденного, лучшие памятники небольшой территории области — Торопецкого и Андреапольского районов. О большинстве из них никогда не было публикаций, а та литература, где упоминаются некоторые памятники, стала библио-графической редкостью. Основной материал по памятникам архитектуры области войдет в готовящийся к печати Всесоюзным производственным научно-реставрационным комбинатом обширный свод, по которому читатели смогут познакомиться с архитектурой области.
Когда-то территория То рол едкого и Андрее по л некого районов входила в состав Торсхпецкого княжества, затем в Псковскую и Новгородскую губернии, в Великолукскую область, а сравнительно недавно вошла в состав Калининской области, в состав древних тверских земель. Небольшая же часть бывшего удельного владения древнего Торолецкого княжества на северо-западе так и осталась территорией псковских и новгородских областей.
Основные памятники архитектуры, которые в последнее время стали по стилистическим признакам объединять названием «торопецкая школа», сосредоточены в самом городе и его окрестностях. Поэтому автор счел возможным ограничиться только указанными районами, чтобы читатель мог получить представление об этом архитектурном наследии.
Книга написана так, что все маршруты по районам начинаются с городов Торопца и Андреаполя, куда легко добраться из Москвы, Ленинграда и Прибалтики.
Задумывая книгу, меньше всего хотелось, чтобы это был путеводитель с перечнем фактов и указанием, как пройти и проехать. Автор прежде всего стремился, чтобы прочитавший ее непременно захотел побывать и увидеть места, откуда начинает свой путь Волга, Западная Двина, Днепр, большие и малые притоки этих рек, бесчисленные озера, увидеть древнейшую часть страны, названную одним из первых ее историков Иваном Побойниным — СТРАНОЙ ИСТОКОВ.
В работе над книгой большую помощь оказали М. А. Ильин и В. Л. Альтшуллер, постоянно просматривавшие рукопись и сделавшие целый ряд замечаний. В. Д. Филиппов, хорошо знающий историю русской усадьбы, помогал советами в подборе библиографического материала, предоставил в мое распоряжение свою библиотеку, архив, фотографии и неоднократно участвовал в поездках. Моими друзьями сотрудниками В. И. Яку-бени и И. В. Изосимовой сделаны обмеры большинства памятников Торопецкого и Андреапольекого районов. Многие их наблюдения и результаты обследования, сообщенные автору, положены в основу этой книги. |
