Спасская башня
В стороне от Ввведенской церкви, на той же улице, но ближе к центру города, скромно стоит небольшой двух этажный дом конца XVIII века. В общей шеренге других домов, выстроившихся в ряд по всей длине улицы, его как-то и не замечаешь сразу. Окна дома немного растесаны, кирпичная кладка стен пообилась, но он привлекает внимание своей интимностью и какой-то приятной цельностью. Это не шедевр русского жилого строительства. Но декоративное «узорочье» его фасадов не знает себе подобных. В XIX веке таких домов в Вязьме было много. Местное купечество возводило их на разных улицах города. Трудно найти оставшиеся из них в густой массе общей застройки города. Но, несмотря на это, вы сразу увидите их, бродя по улицам. Это либо одноэтажные, либо двухэтажные каменные строения, искаженные подчас поздними перестройками. Они вырастают перед вами неожиданно, словно из-под земли. О каждом из них не расскажешь. Но ваше внимание обязательно привлечет дом купца И. И. Барышникова. Словно кубик стоит он на углу двух пересекающихся улиц северо-восточной части города. Крупные наличники окон и продолговатые прямоугольные ниши вместе с угловыми лопатками и небольшим карнизом придают ему какой-то особый местный колорит.
Дому И. И. Барышникова под стать и другая жилая постройка, прочно скрепляющая угол двух перпендикулярно сходящихся улиц в той же части Вязьмы. Она привлекает зрителя широкими арочными проемами окон и вторящими им по форме нишами. Обведенные по контуру плоскими полукруглыми тягами с архивольтами, они равномерно расставлены по его фасадам.
Разумеется, что не все старые жилые дома города отличаются изяществом форм. Многие из них не обладают и высокими художественными качествами. Это не творения столичных зодчих. Однако каждый из них прекрасно характеризует русскую провинциальную архитектуру конца XVIII — первой половины XIX века, каждый из них говорит о вкусах местного купечества. Плотность грубоватой и даже наивной декоративной обработки некоторых домов, обезображенных в большинстве случаев цементной обмазкой, явно выдает руку местных строителей, которые хотя и не обладали высокими художественными дарованиями, но зато хорошо владели чувством меры, что в искусстве всегда бывает очень существенно.
На рубеже XIX—XX веков об этом, между прочим, напрочь забыли местные городские власти, стремившиеся к благолепию вяземских храмов. Каким-то катастрофическим бедствием стали в ту пору жесткие цементные корки, покрывшие фасады многих церквей города. Кажется, что их «одевали» на здания друг за другом, без передышки, в спешном порядке, стремясь как можно скорее избавиться от старого, сделать их более «современными». Из-за таких «корок» с каюим-то внутренним неудовлетворением, а может быть, и просто раздражением, рассматриваете вы церковь Петра и Павла (XIX в.), возвышающуюся в северо-западной части города и особенно Екатерининскую церковь (1791), стоящую на его западной окраине, в окружении взобравшегося на откос холма кладбища. Словно какие-то громады, поднялись эти сооружения над окружающими их постройками и кроной обступивших деревьев. При осмотре Екатерининской церкви, увечанной луковичными звездчатыми главами с красивыми ажурными крестами, обязательно обратите внимание на ее просторный и светлый интерьер. Он привлекает внимание не только конструкцией сводов, но и прекрасным оставшимся от иконостаса деревянным распятием. Висящее высоко над головой, чуть ли не под самым куполом, грациозно парит это забытое людьми изваяние над внутренним пространством храма. Разглядывая его внимательно, запрокинув голову, вы наверняка подумаете о том, что деревянная скульптура не была чужда вяземским резчикам по дереву, обильно украшавшим городские храмы творениями своих рук.
Однако самое большое эстетическое наслаждение путешественник получает тогда, когда осматривает скромный комплекс построек вяземского Ивановского монастыря. Он был основан в 1536 году ос западу от города, где впоследствии появился первый храм (1542) и выросла монастырская слобода. Раньше сюда, на окраину Вязьмы, толпами шли неугомонные богомольцы. Теперь же вереницей, чуть ли не друг за другом, тянутся всюду проникающие и всем интересующиеся туристы. Летом их здесь бывает особенно много. Ивановский монастырь
встречает их надвратной Вознесенской церковью 1656 года. Памятник оригинальный и не имеющий себе подобных в пределах города. Это квадратный, сильно вытянутый по вертикали объем с поясом ложных кокошников и довольно высокой, выдвинутой вперед трехчастной апсидой, расчлененной по горизонтали на неравные части. Его единственная глава гордо возвышается над четырехскатной железной кровлей. Пояс поребрика делит храм на ярусы. Два арочных разной величины проезда церкви заложены, но по сторонам сохранились интересные парные витые колонки с коринфскими капителями. Подобных нет в памятниках архитектуры города. Здесь раньше располагался главный въезд в монастырь, была его лицевая, фасадная и самая парадная сторона, обращенная к городу.
Вплотную к надвратной церкви примыкает двухэтажная тра/пезная с высокой колокольней. Ее призматический низ расчленен на три части. Окна средней обрамлены красивыми наличниками с фронтончиками наверху. Верхняя часть колокольни, где висели увесистые колокола, многогранная, в два яруса. С северной стороны можно видеть остатки ее древнего арочного крыльца. Вместе с надвратной церковью она образует интересную архитектурную композицию.
Шедевром строительного искусства является трехшат-ровая Одигитриевская церковь постройки 1635—1638 годов. Она стоит в нескольких шагах от надвратного храма, по оси его проезда. Памятник этот является лучшим украшением Вязьмы. После крепостной Спасской башни это второе каменное здание города — в целом очень простое, но в то же время пышное и нарядное. Как какой-то триумфальный монумент вьгоится церковь в центре невысокого зеленого холма. Ее формы великолепно характеризуют художественные вкусы жителей Вязьмы второй четверти XVII века, то есть именно тогда, когда в городе началось каменное строительство.
Познакомимся, однако, с Одигитриевской церковью более подробно. Это обыкновенный, бесстолпный, вытянутый вверх четверик с мелкими кокошниками под карнизом. В тимпанах кокошников блестят цветные изразцовые всташки. Какую-то красочную нарядность придают они сооружению. В других памятниках архитектуры Вязьмы таких вставок нет. Они составляют одну из особенностей декоративной обработки храма. Покрыт он чуть вытянутым продолговатым сомкнутым сводом. Под его корытообразной железной кровлей сохранились остатки как бы лезущих вверх кокошников. Своеобразную ступенчатую пирамиду составляли они для великолепных, устремленных вверх шатровых глав. Словно сказочные, празднично одетые сестры стоят они рядом, как бы плечом к плечу, выстроившись в одну линию. Две главы декоративные и только средняя, чуть более крупная, открыта внутрь храма. Граненые барабаны глав богато орнаментированы деталями из лекального кирпича
и белого камня. Здесь и резные перехваты наличников окон, и консоли под двойными декоративными арочками, и шаровидные вставки, напоминающие аптекарские пилюли. Величаво стоят на барабанах и их ребристые, сложенные из кирпича и тянущиеся вверх шатры, покрытые кровельным железом. Таких иет на церквах Вязьмы. Не встретишь шатровых храмов и на всей огромной Смоленщине. Это строительный уникум древнего города, которым по праву гордятся его жители. Глядя на него, невольно думаешь о деревянной Вязьме начала XVII века, о том времени, когда она была сплошь «утыкана» деревянными шатровыми храмами, безусловно оказавшими влияние на композицию Одигитриевокой церкви.
Интересно и внутреннее пространство Одигитриевского храма, особенно его алтарная часть. Только здесь вы и сможете увидеть голосники, совершенно неизвестные в других архитектурных сооружениях города. Небольшими черными пятнами омотрятся они на оводе апсиды.
Внимательно присмотревшись, вы наверняка обратите внимание на их устройство. Круглые отверстия голосников состоят из двух полукружий, сделанных в ложковых частях кирпичей. Соединенные вместе, они и образовали отверстия, за которыми находится пространство голосников. Словно черные бусины, расположились они на поверхности стен. Видимо, строившие Одигитриевокую церковь мастера особо позаботились о ее «звучности», то есть о ее акустических качествах. Бас дьякона, служившего когда-то в этом «божьем доме», с силой врезался в гущу молящихся, стоявших перед сонмом ярких и красочных изображений святых, рядами располагавшихся между тяблами уходившего вверх иконостаса.
С запада к церкви примыкает довольно низкая трапезная более позднего времени, а с двух боковых сторон — почти одинаковые ампирные притворы с пилястрами, фронтонами и куполами, сменившие собой более древние, возможно, с шатровыми покрытиями. Они хотя и нарушают первоначальную композицию сооружения, но не заслоняют собой его великолепной первоосновы. Вместе с ней они образуют интересную, нигде больше не встречающуюся архитектурную композицию, привлекающую внимание «любителей прекрасного».
Такова Вязьма, таковы ее малоизвестные художественные сокровища. Мысленно охватывая их единым взглядом, вы наверняка убеждаетесь в том, что этот древний русский город уже давно ждет авоей архитектурной монографии.
Далее »
|
