Я видел, может быть, полсвета
И вслед за веком жить спешил,
А между тем дороги этой
За столько лет не совершил.

А. Твардовский

Старым Смоленским трактом

Москва.
Триумфальные ворота.
Архитектор В. О. Бове. 1829—1834.

Вам хорошо известно, что Москва — самый крупный транспортный узел нашей страны, где воедино сплелись все ее железнодорожные и автомобильные магистрали. Словно артерии и вены живого организма разошлись они веером от советской столицы. Их много, даже очень много, но больше всего среди них шоссейных дорог. Все они известны издавна. Подобно руслам рек, они не раз спрямляли свою трассу, но ни разу не меняли своего направления. Некоторые из них названы даже в Книге Большому Чертежу, которая составлялась при царе Михаиле Федоровиче (1613—1645) на основе какого-то более древнего, весьма ветхого чертежа, изготовленного значительно раньше.
Каждая из этих дорог связывает Москву с удаленными, в том числе и с окраинными пунктами государства. Улица Горького, например, переходит в Ленинградское шоссе, соединяющее столицу с городом великого Ленина. В прошлом это Тверская дорога, которая через Тверь шла на Великий Новгород. Дмитровская улица, продолжающаяся Дмитровским шоссе, отмечает начало древней сухопутной трассы на Дмитров и Кимры на Волге. Улица Сретенка, переходящая в проспект Мира, шла раньше через село Ростокино на север к Переславлю-Залесскому и далее на Ярославль; она продолжалась Переславской или Слободской дорогой, которую после учреждения опричнины (1565) стали называть Ярославской, так как она через Ярославль вела в Вологду и Великий Устюг, откуда открывался речной путь по Северной Двине к Архангель-скому «городу» и в Белое море. В основе же шоссе Энтузиастов, идущего от заставы Ильича на город Горький, лежит старая Владимирская дорога на Владимир, а из него и в Нижний Новгород, где начинался судовой путь по Волге. В прошлом эту дорогу иногда называли еще и Великой, настолько важным было ее экономическое значение. Среди большого количества шоссейных дорог, тонкими нитями расходящихся от Москвы или же стягивающихся к ней, есть одна, на которую мне хочется обратить особое внимание. Это современная, хорошо благоустроенная магистраль, которая в «Атласе автомобильных дорог СССР» значится как автомагистраль Москва — Минск — Брест. Ее знает каждый. Одним своим концом она упирается в Троицкие ворота Московского Кремля, а другим — в знаменитую, навеки прославившую себя Брестскую крепость.

Земля Брянская

Свенский монастырь. Общий вид. Рисунок К. Лопяло.

Земля Брянская, ее города, крепости и населенные места упоминаются в древнейших русских летописях. Многие важные события русской истории, а также поэтические легенды и сказания связаны с этой землей. Здесь сохранились замечательные памятники искусства и архитектуры, в том числе творения таких знаменитых зодчих, как Кваренги и Деламот, живописные произведения Боровиковского и Кипренского, некогда украшавшие храмы. В той или иной степени сохранности дошли до нас комплексы великолепных старинных усадеб с разросшимися, а порою и совсем превратившимися в леса парками.
О жизни наших древних предков повествуют многочисленные курганы и городища, которых на Брянских землях очень много. Некоторые из них вскрыты и изучены археологами, а большинство еще ждут своих исследователей. Эти создания рук человеческих вызывают чувство уважения и удивления созидательной силой древних, которые в давние времена с помощью простейших орудий могли создавать столь внушительные сооружения.

Устюг Великий

Уже одно это имя говорит о совершенно исключительном месте города в жизни северного края. Город раскинулся на несколько километров вдоль левого берега Сухоны. Неповторимое очарование придают ему высокие многоярусные церкви и колокольни, вытянувшиеся вдоль реки, почти подступившие к самой бровке берегового откоса. То громоздятся они тесной толпой, то расступаются, давая выход к воде городской застройке. Напротив города за рекой открываются широкие поля, окаймленные едали темной полосой леса, а у берега в окружении зелени поднимаются белые стены церквей старинной Дымковской слободы.
Как и многие русские города, Устюг изменил свое местоположение. Прежде он стоял у самого слияния Сухоны с Югом, на высоком холме, называющемся — Гледен. Но уже в начале XIII столетия выше по течению Сухоны возникло и стало быстро расти новое поселение в «Черном Прилуке», перенявшее имя «Устюг», то есть город в устье Юга. Старая Гледенская крепость довольно долго продолжала существовать наряду с быстро растущим городом.
Устюжские земли, включавшие нижнее течение Сухоны, не входили во владения Новгорода, а с древнейших времен подчинялись Ростово-Суздальскому княжеству. Так, из летописей мы узнаем, что в 1218 году устюжане ходили вместе с ростовским князем Святославом Всеволодовичем на волжских болгар.

Торопец

Мы небольшими группами шли от села к селу в поисках неизвестных памятников архитектуры Калининской области. Часто нам сопутствовала удача, и мы радовались, обнаружив еще одну интересную церковь или усадьбу. Иногда же... Иногда начиналась полоса невезения. Неделями лил дождь, не было транспорта, а когда с трудом добирались до намеченного пункта, оказывалось — памятник почти полностью разрушен или малоинтересный и сильно перестроен. Добирались по-всякому. Рассказывая, мы шутили, что освоили все виды транспорта, и решили лучший — собственные ноги, особенно во время распутиц. Обследовать приходилось все — даже поздние постройки. Это, может, покажется странным, но нам хотелось, чтобы после нас не тратили времени на поиски несуществующих шедевров и доверяли нашим сведениям.
Что мы знали о памятниках архитектуры Калининской области, когда начинали ее обследовать? Книг и путеводителей об этом крае издано ничтожно мало. Практически пришлось начинать все сначала. Просмотрели архивы, карты, все, что когда-либо было написано по истории области. Составили большой список сел, где когда-либо были церкви и часовни, монастыри и усадьбы. Извлеченные из источников даты построения культовых сооружений во многих случаях сразу же вызывали сомнения. Некоторые относились чуть ли не к периоду принятия христианства, а когда строились и перестраивались усадьбы, вообще оставалось неясным.
Много неожиданного открывалось во время путешествий. Часто приходилось удивляться, почему были забыты те или иные памятники. В области помимо монастырей и отдельных усадебных комплексов были здания, связанные с именами Кваренги, Старова, Львова. Существовали местные архитектурные школы.

Псковская область

Город Псков

Путь, который предлагает проделать пешком эта небольшая книга, продолжающая серию «Дороги к прекрасному», не будет трудным и слишком утомительным. Этот путь короток: туда и обратно в общей сложности каких-нибудь восемнадцать-двадцать километров, не больше. Мне он хорошо знаком, я ходил здесь не раз. Проделав его, любознательный путешественник многое увидит, многое узнает. Перед ним развернется величественная панорама русской природы, предстанет мир забытых и малоизвестных художественных образов. Он окажется в одном из живописнейших уголков нашей страны, заглянет в страницы его далекого прошлого. Его поразит богатство естественных красок, сложность рельефа, гладь озерных зеркал и кристальная чистота ледяной воды, либо фонтанчиками бьющей из земли, либо с шумом вырывающейся брызжущими струями из расщелин покрытых растительностью скал.
Увидит путешественник и весьма интересные памятники зодчества, как бы специально вписанные в пейзаж для еще большего усиления его эмоциональной выразительности. Их не так много; они еще мало известны и даже не охарактеризованы историками искусства, но каждый из них по-своему индивидуален, по-своему величав и выразителен. Каждый из них отличается предельной простотой незамысловатых архитектурных форм и удивительной скромностью внешнего художественного облика, усиливаемого беспредельной красотой вечно ликующей окружающей природы. Но прежде чем вступить на этот весьма интересный путь, нужно проехать из Пскова по Рижскому шоссе тридцать один километр на рейсовом автобусе. Асфальтовое покрытие ровной, почти неизгибающейся магистрали ведет прямо на запад. Миновав недавно построенную бензозаправочную станцию, еще сверкающую свежей краской и хромированными деталями колонок, вы оставите справа белеющую вдали одноглавую Георгиевскую церковь (XV в.),

Ярославль

Древнейшее поселение на территории Ярославля, обнаруженное археологическими раскопками, возникло в середине I тысячелетия до нашей эры, в эпоху раннего железного века. Это так называемое Медведицкое городище, расположенное на высоком мысу у выхода к реке Которосли Медведицкого оврага, около б. церкви Спаса на Городу.
В IX—X веках нашей эры на Стрелке, у впадения реки Которосли в Волгу, возникло новое поселение. «Во области же сей, — говорится в старинном предании, — не на мнозе пути от града Ростова... лежаще некое место, на нем же последи создася славный град Ярославль... И се бысть селище, рекомое Медвежий угол...»
Это селище, как и все Верхнее Поволжье, входило в состав Древнерусского государства, образовавшегося в конце IX века. Центром всей Северо-Восточной Руси был город Ростов Великий (ныне Ростов-Ярославский). В 988— 1010 годах ростовским князем был Ярослав Мудрый. Около 1010 года он покорил жителей Медвежьего угла и на месте этого поселения заложил город-крепость, названный его именем. Так возник город Ярославль. Впервые он упоминается летописью в 1071 году в связи с мощным крестьянским восстанием, потрясшим всю Ростово-Суздальскую землю. Руководителями этого восстания были два волхва (языческие жрецы) из Ярославля. Второе упоминание города относится к 1148 году, когда новгородцы совершили свой поход на верхнюю Волгу.
Вот, пожалуй, и все, что известно о первых двух веках существования Ярославля.
К XIII веку значение Ярославля возрастает, что связано с его выгодным расположением на волжском торговом пути. Город вышел за пределы кремля — «Рубленого города», построенного Ярославом на Стрелке. В конце XII века неподалеку от Стрелки встал Спасский монастырь. У стен кремля возник довольно обширный посад, населенный ремесленниками и торговцами.
О значительных размерах города свидетельствует тот факт, что во время большого пожара 1221 года в Ярославле сгорело 17 церквей. В 1215 году в «Рубленом городе» было построено первое каменное здание — Успенский собор, а в следующем году каменный Преображенский собор был сооружен в монастыре.
В 1218 году Ярославль становится «стольным градом», центром самостоятельного Ярославского княжества.
Через 20 лет после выделения Ярославля в «удел», город вместе со всей Русской землей испытал ужасы татаро-монгольского нашествия. В 1238 году он был разрушен и сожжен ордами хана Батыя. Почти вся дружина вместе с ярославским князем Всеволодом Константиновичем 4 марта 1238 года сложила свои головы в битве на реке Сить, решившей судьбу Северо-Восточной Руси1.
В 1257 году ярославцы одними из первых на Руси подняли восстание против ненавистных поработителей (см. стр. 35). Поражение на Туговой горе не обескуражило наших свободолюбивых предков, и в 1262 году в Ярославле снова вспыхнуло восстание,охватившее не только Ярославль, но и другие города: Владимир, Суздаль, Ростов, Переславль-Залесский. Повсюду оно сопровождалось созывом народного веча. «Бысть вечье на бессермены (на басурма-нов. — М. М.) по всем градом руским, — сообщает летопись,— и побита татар везде, не терпяще насилия от них».
Шесть раз поднимались ярославцы на угнетателей, а в 1380 году, когда молодая окрепшая Русь дала решительный бой татарам на Куликовском поле, ярославские полки храбро сражались под знаменами Дмитрия Донского на левом фланге русских войск.
В 1463 году Ярославское княжество вошло в состав Московского государства. С этих пор судьба Ярославля неразрывно связана с Москвой. Вхождение в состав Русского централизованного государства благотворно сказалось на развитии Ярославля. В первой половине XVI века разросшийся городской   посад был укреплен мощным земляным валом, эта часть Ярославля стала называться «Земляным городом». Каменной крепостной стеной ограждается Спасский монастырь, внутри которого появляются новые, тоже каменные, постройки. Многочисленные торгово-ремесленные слободы возникают за пределами города, по берегам Волги и Которосли.
Рост города не был случайным. Он обусловливался экономическим развитием Ярославля в XVI—XVII веках, игравшего важную роль в складывающемся едином всероссийском рынке.
Ярославль издревле стоял на перекрестке важных торговых путей. В середине XVI века в связи с завоеванием Казанского и Астраханского ханств к этим древним путям прибавился новый — на среднюю и нижнюю Волгу, а оттуда в Прикамье и Сибирь, в страны Ближнего и Среднего Востока. Но еще большее значение имела дорога из Москвы к Белому морю, открывавшая путь в Западную   Европу.
Ярославль был важным перевалочным пунктом в торговле России с Англией, Голландией и другими европейскими странами. В 1631 году здесь было 28 факторий и торговых мест иноземных купцов. Отсюда отправлялись английские торговые экспедиции в Персию и другие восточные страны. Важную роль играл город и во внутренней торговле хлебом, рыбой, кожами и кожевенными товарами, солью и т. п. Здесь в это время насчитывалось 32 торговых ряда и 804 торговых места. В 1634 году Ярославль занимал третье место в стране (после Москвы и Казани) по сбору торговых пошлин.

Таджикистан

мастер

Объяснение начинается с географии. Физическая карта Таджикистана коричневого цвета: горы. Восточная половина темнее западной, по ней разбросаны белые кляксы ледников — это Памир. На запад от Памира ползут темные змеи горных хребтов: Петра I. Дарваз. Каратегин. Туркестанский. Зеравшанский. Гиссарский. От них на юго-запад спускаются хребты пониже. Карта в двух местах светлеет: на севере, в аппендиксе, зажатом между Киргизией и Узбекистаном, по долине Сырдарьи (это таджикская часть Ферганского оазиса) и на крайнем юго-западе, где реки Кызылсу.Вахш и Кафирниган впадают в бешеный Пяндж и превращают его в великую Амударью. Тут, на месте болот, тянутся бесконечные хлопковые поля. Есть на карте просветы поменьше: на самом западе, по реке Зеравшан, у города Пенджикен-та — начало Самаркандского оазиса, и южнее — Гиссао-ская долина, в которой приютилась столица — Душанбе.
Как видите, здесь или горы, или оазисы — долины больших рек. В долинах плодородные земли, благодатная вода и тепло. Культура на равнинах и в горах развивалась по-разному: быстро расцветала в оазисах и дремала в суровых горах.

Вайнахи

Барельефы на фасаде храма Тхаба-Ерды

В северо-восточной части огромного массива Кавказа расположена небольшая автономная республика — Чечено-Ингушетия.
Это и есть страна вайнахош. В переводе «вайнах» означает «наш народ», так называли себя местные горцы, чтобы отличить соплеменников от других народов Кавказа. Словом «вайнах» объединяются родственные по языку и по культуре чеченцы и ингуши, однако каждый из них имеет и свое собственное наименование: чеченец — это «нохчо», а ингуш — «галгай». Два селения — Ангушт и Чечен-аул легли в основу русских названий местных народов.
Разнообразна природа Чечено-Ингушетии. Ровные, как стол, полынные степи постепенно сменяются невысокими горами. Эти лесистые горы называют «черными» — они четко вырисовываются на фоне неба. Особенно много диких, трудно проходимых лесов в Ичкерии — по бассейнам рек Баос, Хулхулау. За «ими начинается полоса высокогорных альпийских лугов, а далее — сланцевые осыпи и громады скал. Эти места овеяны легендами, здесь каждый камень является свидетелем истории вайнахов, истории красочной и густо обагренной кровью.

Верхняя Сванети

Св. Федор. Фреска Лагурки

Верхняя Сванети — северо-западная окраина Грузии, маленькая страна, прилепившаяся с юга к Главному Кавказскому хребту в наиболее высокой его части. Мир ледников, вечного снега, узких долин и бешеных потоков, отгороженный от всего света непроходимыми горами. Сюда ведет всего одна автомобильная дорога (по ущелью реки Ингур), да и та открывается для движения только летом. Зимой всякая связь между селениями прекращается, в зимнее время трудно попасть в соседнее ущелье без риска погибнуть в снежной лавине. Верхняя Сванети занимает верховья бассейна реки Ингури, лежит прямо в горах, у самых ледников. В бассейне реки Цхенис-Цкали, где горы пониже и доступнее, лежит Нижняя Сванети.
В Верхней Сванети селения одной долины объединялись раньше в «общества», или абсуасд, управляемые выборными старшинами.

Армения

Удивление — вещь не простая. Способность удивляться — одно из величайших даяний природы. И чем меньше в человеке этой способности, тем беднее он душой, тем глубже поселяется в нем каменное равнодушие. Живой, думающий человек лишь по одной детали, поразившей его, постигает иной раз глубочайшие загадки земли. В его воображении рождается сказка, и в ней целый мир, живой и реальный. Это счастливое переживание, и, мне кажется, автору книги довелось испытать его в полной мере.
Тысячи людей приезжают в Армению. Каждому хочется увидеть знаменитый Звартноц, своими руками коснуться прогретых солнцем камней Гарни, история которых насчитывает не одно тысячелетие, самому испробовать вкус воды из источников Арзни. И никто не бывает обманут в своих ожиданиях. Армения одаривает приезжих самыми разнообразными впечатлениями. Первое из них — яркий, непривычный северянину мир пейзажных контрастов. И именно в единстве человека-творца с природой следует прежде всего искать ключ к пониманию искусства Армении, независимо от того, идет ли речь о произведениях прошлого или настоящего. Да, даже только картины природы расскажут любознательному путнику многое об армянском труженике. Оглянитесь вокруг — повсюду каменистая земля гор. Сколько сил нужно, чтобы обработать ее! Мне представляется, что именно здесь оживает сказочный символ человека, выжимающего руками из камня воду. И янтарный груз виноврадников, багряная ноша персиковых деревьев, все золотое богатство садов — это изобилие фруктов, зелени, овощей — являет собой гимн солнцу, труду, человеку. А знакомство с хозяевами земли и есть, на мой взгляд, высшая радость путешествия по Армении.
Однако достижения нынешних времен, всю красоту вложенного в них труда нельзя понять, не зная прошлого. История — самый верный гид современности. Земля Армении хранит великое множество автографов прошлого. Тут сохранились древнейшие памятники христианства, уникальные творения зодчих средневековья и изделия первобытных мастеров. На своем веку я немало поездил и повидал. И теперь, оглядываясь на пройденный путь, с «вершины» своего почтенного возраста, хочу сказать вам: обязательно путешествуйте.